Как Дух Святой относится к грешникам?
Гололоб Г.А.
До недавнего времени меня всегда смущал следующий текст Священного Писания: «И Он, придя, обличит мир о грехе и о правде и о суде: о грехе, что не веруют в Меня; о правде, что Я иду к Отцу Моему, и уже не увидите Меня; о суде же, что князь мира сего осужден» (Ин. 16:8-11). Собственно меня удивляли в нем две вещи. Первая: почему Дух Святой только «обличает» грешников, а не приводит их к раскаянию, как написано: «благость Божия ведет тебя к покаянию» (Рим. 2:4)? Вторая: какова связь между темой «праведности» (в рус. Синод. перед. «правда») и возвращением Христа к Отцу? Пытаясь разрешить оба эти затруднения, я пришел к тем открытиям, которыми и желаю поделиться со своими читателями в данной статье.
«Обличит» или «будет свидетельствовать»?
Прежде всего, меня удивила грамматическая нестыковка, связанная с объектами глагола «обличать». Почему здесь в оригинале стоит предлог «о» (греч. «пэри»)? Обычно мы выражаемся так: «обличит мир в грехе», а не «о грехе». Данное обстоятельство побудило меня заглянуть в греческий словарик. Глагол «элэнхо», оказывается, имеет не одно, а два значения: 1) обличать, укорять, обвинять; 2) убеждать, обнаруживать, выдвигать аргументы. Важно отметить, что оба эти значения данного глагола вовсе не противоречат друг другу, но второе значение является более широким по своему смыслу, включая в себя первое.
Иными словами, этот глагол говорит о справедливом изучении какого-либо вопроса с целью не простого обличения, или обнаружения вины человека, а приведения его к осознанию необходимости согласия с истиной или принятия ее. Морис определяет основное значение этого глагола следующим образом: «излагать, убеждать, предъявлять доказательства с целью убеждения или опровержения слов оппонента». Оказывается, Дух Святой здесь не просто «обличает», как думал Кальвин, относя этот текст Писания ко всему, чему угодно, но только не к спасению, но делает это с целью «убеждения» грешников, причем не только в собственной неправоте, но и в правоте Бога. И это мнение лучше соответствует наличию в последующем тексте союза «о» или «относительно».
Наконец-то мои сомнения развеялись, как утренний туман. Я нашел доказательства  тому, что Бог никому из грешников не отказывает в Своей милости, любви и помощи, поскольку одной из целей Духа Святого в этом мире является убеждение грешников в трех истинах: в их греховности, в праведности Божьей и в суде сатаны. Но зачем Ему это было нужно? Кальвин говорил о том, что это Бог делает для того, чтобы сделать духовные муки грешников еще более мучительными. Мне такое объяснение кажется совершенно противоречащим Писанию. Но пойдем дальше.
В чем состоит вина грешников?
Определив основное значение глагола «элэнхо» как «свидетельствовать», я решил последовательно применить его к трем основным задачам Духа Святого в этом мире. Первая из них не вызывает никаких сомнений: Дух Святой убеждает каждого грешника в его греховности. Отвержение данного действия Духа Святого в этом мире приводит к совершению хулы на Него (Мф. 12:31; см. Ин. 12:48). Но в чем именно состоит их вина? В каких-либо внешних грехах? Нет, здесь о них ничего не говорится, но говорится о грехе внутреннем, а именно: грехе неверия («что не веруют в Меня»; ср. Ин. 8:24). Оказывается, Бог подвергает наказанию людей не просто за их грехи, а за их неверие. Это — действительно новая функция Духа Святого, очевидно действовавшего в период Ветхого Завета совершенно по-другому. Здесь же Божий суд касается уже не дел людских, а их намерений. Коль по делам грешник уже не может спастись, Божья милость предлагает ему возможность спасения по вере (см. Ин. 1:7, 12; 3:15-18, 36; 5:24; 6:35, 40, 47; 11:25-26; 12:36; 19:35; 20:27, 31).
Здесь нам следует немного прервать наши рассуждения и обратиться к кальвинизму. Как в кальвинизме рассматривается вина грешника? Некоторые думают, что точно так же, как и в арминианстве, но это – совершенно не так. В кальвинизме этот вопрос представляет неразрешимую ни логически, ни морально трудность. Если люди грешат не по той причине, что сделали собственный выбор, а по той, что не могли воспротивиться Божьему решению оставить их без Его помощи, тогда возникает неудобный для всех кальвинистов вопрос: «Почему Бог осуждает этих людей на вечную гибель только за то, что они не могли поступить иначе?» Их вначале обрекли на неудачу — а затем еще и судят за это? Похоже, в кальвинизме какие-то проблемы с пониманием Справедливости Бога. О Его любви мы уже не говорим.
В арминианстве же грешник считается Богом виновным по той причине, что он согрешил не без Божьей помощи, а вопреки ей. Это предполагает наличие в распоряжении каждого грешника некоторой степени Божественной благодати, которую арминиане называют «предварительной» (Ин. 1:9; Деян. 17:27; Рим. 2:4). Если бы грешник грешил, потому что был совершенно лишен Богом Его помощи, тогда Бог, заботящийся о Своей репутации Справедливого Судьи, не имел бы никакого права его осудить на погибель, тем более под формулировкой «за его грехи». Да, он согрешил, но он не мог не согрешить, а значит эти грехи, по крайней мере, не ТОЛЬКО грехи одного его, но ТАКЖЕ и грехи кого-то другого. А поскольку этот другой в кальвинизме — Сам Бог, противиться Которому никому из смертных невозможно, получается, что такой Бог пожелал, чтобы грешник согрешил и для достижения этой цели отказал ему в Своей помощи. Но на такую подлость — осудить грешника за Собственную пассивность, пренебрежение или оставление — Библейский Бог не способен. Скажем больше, на такую подставу способен даже далеко не всякий грешник.
Понимая столь неловкое положение, кальвинисты пытаются прибегнуть к аргументу о предузнании Богом будущего неверия грешников, но и здесь их ждет полная неудача. И вот почему: когда речь заходит о предузнании будущей веры избранных к спасению, кальвинисты утверждают, что по отношению к ним одного предузнания мало. Кроме него Бог должен еще и оказать Свое неотразимое воздействие на таких грешников, чтобы они могли уверовать. Оказывается, вопрос спасения не зависит, по крайней мере, ТОЛЬКО от Божьего предузнания! Тогда мы задаем им вопрос: «А почему в таком случае, Бог удерживает это воздействие от остальных грешников, когда они одинаковы перед Ним?» И вот здесь кальвинисты остаются с тем же вопросом, только в новой упаковке: Все равно все упирается не в предузнание Бога, а в оказание Им помощи, точнее в удержании этой помощи.
Этот вопрос можно сформулировать и по-другому. Довольно часто кальвинисты обвиняют нас в том, что своим учением о Божьем предузнании, обуславливающим Его предопределение, мы якобы сводим все Божье участие в вопросе спасения лишь к постороннему наблюдению. Разумеется, это не так, поскольку мы добавляем к Божьему предузнанию еще и Его содействие, которое, тем не менее, не означает принуждения, но относится к абсолютно всем грешникам. Иными словами, с одной стороны, Бог не бездействует, но, с другой, не принуждает. Он лишь влияет на сердце грешника непринудительными средствами. Но данное обличение кальвинистов становится их собственным судьей, когда мы обращаем его в их сторону. Если Бог не просто знает наперед, но обязан также и оказать некоторую помощь для того, чтобы человек мог уверовать и покаяться, тогда почему Он этой помощи все-таки не посылает одной части грешников? Получается, Бог в кальвинизме остается единственной причиной погибели тех людей, которые были лишены Его содействия безусловным образом.
Когда нас спрашивают, почему мы уверовали, а другие – нет, я обычно отвечаю так: «Потому что я рискнул довериться Богу, а другие не сделали этого». Ведь суть веры в слепом прыжке воли в невидимые руки Бога. Но одной веры мало. Нужно еще и покаяние. С ним проще: я осудил свои грехи и вручил их Богу, а другие не пожелали сделать этого. Есть ли во всем этом моя заслуга? Покаяние и веру нельзя назвать заслугами, поскольку они выражают мою полную потребность в Боге, а не какие-то достоинства. Признать себя грешником, как и вручить свою жизнь Богу из-за своего духовного банкротства — не отвечают цели самопрославления, но представляет собой акт самоунижения. Поэтому арминианский взгляд на условное избрание нельзя обличить в нарушении евангельского принципа благодати.
Причем здесь «праведность»?
Но вернемся к нашему тексту. Вторая часть миссии Духа Святого в этом мире озадачивает еще больше: причем здесь «праведность» и какова ее связь с уходом Христа к Отцу? Начнем со второго вопроса: как евангелист описывает уход Христа к Отцу? Обычно, Он рассматривает его как возвращение домой после осуществления Своей земной миссии. В чем же она состояла? Разумеется, в спасении рода человеческого. Давайте присмотримся к следующим словам Христа из Его т.н. «первосвященнической» молитвы: «Я прославил Тебя на земле, совершил дело, которое Ты поручил Мне исполнить… Я открыл имя Твое человекам» (Ин. 17:4, 6). Иисус смог уйти к Отцу только после совершения Своего «дела». Прославил Отца – это понятно, но как? Путем «откровения Его имени человекам».
А вот здесь начинается самое интересное. Сразу отметим, что собственное имя указывает на сущность того, кто его носит. Какое же имя Бога открыл людям Иисус Христос? Адонай, Саваоф, Иегова или Яхве? Ничего из этого перечня. Оказывается, Бог открылся Моисею не под настоящим Своим именем. Точнее выражаясь, Яхве или «Сущий» – это было не полное Откровение Его имени. Источник всякого существования – это лишь одно из многих имен Бога, а не обозначение Его сущности. Бог не позволил открыть людям настоящее Свое имя ни ангелам, ни пророкам. Это задачу должен был осуществить только Сын Божий (Евр. 1:1-2). Какое же имя Бога открыл людям Христос? Апостол Иоанн говорит об этом не в Евангелии, а в Первом своем послании: «Бог есть любовь» (1 Ин. 4:16). И это была любовь ко всем без исключения грешникам! Этого имени не знал Ветхий Завет, в котором даже праведникам милость и прощение следовало заслужить.
Продолжим чтение того же фрагмента: «Которых Ты дал Мне от мира; они были Твои, и Ты дал их Мне, и они сохранили слово Твое. Ныне уразумели они, что все, что Ты дал Мне, от Тебя есть, ибо слова, которые Ты дал Мне, Я передал им, и они приняли, и уразумели истинно, что Я исшел от Тебя, и уверовали, что Ты послал Меня» (Ин. 17:4, 6-8). В бывших узниках сатаны Иисус Христос достиг следующего: «открыл им имя Твое», «они сохранили слово Твое», «они уразумели все, что Ты дал Мне», «они приняли» и «уверовали, что Ты послал Меня». Все это было направлено Богом ко всякому грешнику, а не только к тем из них, которые согласились «принять», «уверовать» и «сохранить» это слово. Почему? Чтобы никто не сказал, что погиб по той причине, что был лишен Божественной помощи.
Но что значит «принять Его»? Как обретают люди жизнь вечную? По вере, как написано: «Сие написал я вам, верующим во имя Сына Божия, дабы вы знали, что вы, веруя в Сына Божия, имеете жизнь вечную» (1 Ин. 5:13). Итак, говоря о «деле» Христа на земле, после чего Он мог со спокойной совестью вернуться к Своему Отцу, было исполнение Его воли, состоявшей в следующем: «Воля Пославшего Меня есть та, чтобы всякий, видящий Сына и верующий в Него, имел жизнь вечную; и Я воскрешу его в последний день» (Ин. 6:40). Оказывается, те, «кого Отец дал Сыну» – это верующие люди, которые некогда принадлежали к тем, о которых сказано: «Свои Его не приняли», а теперь стали теми, о ком сказано: «а тем, которые приняли Его» (Ин. 1:12). Они потому пришли к Иисусу, что вначале уверовали в Отца (см. Ин. 5:46-47; 12:24), и тот факт, что они принадлежали Отцу, стал основанием для их веры также и в Его Сына (ср. напр. Ин. 6:39 с Ин. 6:40).
Теперь нам стало понятно, что под «праведностью», о которой Дух Святой должен «свидетельствовать» этому миру, следует понимать «праведность по вере» в жизнь вечную, дарованную Иисусом Христом каждому верующему. Именно здесь мы находим ту связь между темой «праведности» и возвращения Христа на небо, которую мы искали: Дух Святой свидетельствует этому миру не только о его грехах, но и возможности спасения по вере в то «дело», которое совершил Иисус Христос по воле Своего Отца. «Иисус сказал им в ответ: вот дело Божие, чтобы вы веровали в Того, Кого Он послал» (Ин. 6:29). Получается, что Дух Святой все-таки предоставляет грешникам возможность спасения, подготавливая их к принятию Божьего дара прощения, милости и любви. И хотя грех поразил всех людей, любовь Божья также объяла их всех, а она сильнее.
Третья функция Духа Святого – осудить «князя мира». Важно отметить, что в оригинале он не просто «князь», а именно «начальник» этого мира. Получается, в задачи Духа Святого входит объявить ему полное поражение. Это значит, что Дух Святой свидетельствует даже неверующему миру (!) о том, что его прежний хозяин свергнут и уже перестал быть начальником над этим миром. Получается то, что каждый грешник теперь имеет надежду на свое спасение, поскольку власть его бывшего начальника над ним уже прекратилась. И его спасение приблизилось к нему на расстояние проявления личной веры и покаяния. Какое разительное противоречие с кальвинистскими убеждениями!
Теперь нам пора задать кальвинистам еще один неудобный вопрос: «Если Дух Святой берет на Себя задачу свидетельствовать этому миру о «праведности» по вере, тогда почему кальвинисты относят эту Его функцию лишь к некоторой части этого мира, а не к нему целиком?» Иоанн свидетельствует о словах Христа: «Да уверует мир, что Ты послал Меня» (Ин. 17:21). Весь мир, а не только его некоторая часть! Таково суверенное желание Христа! Почему кальвинисты его не слышат? Действительно, в своем Евангелии Иоанн многократно свидетельствует о том, что Дух Святой дает эту надежду каждому представителю «этого мира», но это противоречит тому, чему учат кальвинисты: Дух Святой призывает к покаянию и к вере не всех грешников, а только некоторых. Нельзя же предположить, что одна функция Духа Святого относится к одним людям «этого мира», а другая – к другим. Иоанн не делает такого разделения.
Но кому мы должны верить больше: свидетельству Иоанна, или свидетельству Кальвина? Конечно, Иоанна, как, впрочем, и Павла, который сказал неверующим афинянам: «Итак, оставляя времена неведения, Бог ныне повелевает людям всем повсюду покаяться» (Деян. 17:30). И никто не спросил тогда Павла, почему он так глупо старался призывать к спасению всех и каждого, когда знал, что в реальности уверуют лишь некоторые. Теперь мы уже знаем, что глупость в глазах кальвинистов является мудростью в глазах Бога и требованием христианской совести в глазах арминиан. Очень странно, что убеждения кальвинистов в этом отношении похожи на убеждения обычных грешников, которые не просто не верят Божьему свидетельству, но и не могут поверить ему в силу самоожесточения если не своих сердец, то умов.
Спасительная мышеловка
Теперь мы подошли к последнему вопросу: «Является ли «праведность» по вере принудительной?» Ответить на этот вопрос нам поможет универсальный характер этой «праведности». Если Дух Святой считает Своей задачей свидетельствовать об этой праведности всему «этому миру», тогда тот факт, хорошо проверенный самой жизнью, что не все откликаются на этот призыв, как раз и доказывает непринудительность данного воздействия Духа Святого на неверующих людей. Соответственно, Тот же Дух Святой не будет и удерживать в спасении насильственным образом уже доверившихся Ему людей.
Святое принуждение исключено самим характером отношений любви, составляющих суть самого спасения. Только вникните в эти слова Иисуса Христа: «Ибо Сам Отец любит вас, потому что вы возлюбили Меня и уверовали, что Я исшел от Бога» (Ин. 16:27). Отец любит Своих людей не безразличной или суверенной любовью, а «потому что» они возлюбили Посланного Им Сына, Иисуса Христа. «Ибо слова, которые Ты дал Мне, Я передал им, и они приняли, и уразумели истинно, что Я исшел от Тебя, и уверовали, что Ты послал Меня» (Ин. 17:8). И все это в точном соответствии с требованием и Бога Отца и Его Сына, Иисуса Христа: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим: сия есть первая и наибольшая заповедь; вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мф. 22:37-39). А кальвинисты хотят сказать нам, что любить Бога вместо нас ДОЛЖЕН Он Сам! Это вершина не только безумия, но и эгоизма. Похоже, кальвинистский Бог болен комплексом нарциссизма!
Нет спора, т.н. «пятый пункт кальвинизма» очень удобен для нашей плоти: неверующие не обвинят Бога в насилии, а верующих можно и принудить, поскольку они все равно, по крайней мере, один раз с Ним согласились. Но ведь это — непоследовательно. Нельзя же считать спасение добровольным дело до его обретения и вынужденным после этого приобретения. Представьте себе слова жениха, обращенные к его невесте сразу же после их свадьбы: «Коль ты обручилась со мной, то забудь о своей свободе. Ты теперь — моя рабыня».
Спасение – это не мышеловка. Поэтому нам нельзя быть последовательными в четырех пунктах и отказать в этой последовательности в пятом. Если уж идти по пути признания условного характера спасения, то только до конца. Никуда те условия, на которых мы приняли спасение, не исчезли. А других нет. Спасение как принимается на этих условиях, так и сохраняется, что предполагает при оставлении этих условий опасность лишения однажды обретенного (хотя и даром, но на других условиях, кроме дел) спасения. Иначе и быть не может.
Одним словом, в богословии кальвинизма слишком много различного рода натянутости и несуразности. Например, полная греховность природы человека не равнозначна неспособности желать избавления из этого состояния, поскольку способность нуждаться в Боге просто «заслужена» грешником. Это — его законное право как грешника. Праведник не только не может, но и не имеет права нуждаться в прощении и благодати. Даже в мирском суде закон не препятствует покаянию преступника, хотя обычно и не учитывает его. А полнотой своей нужды в Божьей милости совершенно невозможно хвалиться грешнику. Данное обвинение просто поражает своей абсурдностью!
Принудительное покаяние — это вовсе и не покаяние. Да и зачем его требовать у тех, кто все равно будет принужден к нему? И зачем умирать Христу за всех, если спасутся только те, кого заставит это сделать благодать? Выражение кальвинистов «грешник может желать спасения, но не желает» внутренне противоречиво. Это все равно, что утверждать следующее: Бог потенциально может любить всех грешников, но в реальности их не любит. Он может любить, а может и не любить… Это уже похоже на откровенную софистику в богословии! К тому же откуда известно кальвинистам, что если человек не желает, то только по той причине, что не может желать? Оказывается, грешить можно и не только вынужденным образом. А свободно сделанный грех еще больше нуждается в Божественной благодати, чем грех вынужденный. Видать, не все в порядке с логикой в кальвинистских рассуждениях.
«Предварительная» или «общая» благодать у кальвинистов какая-то бессильная в отношении к спасению. Зачем же Богу откармливать грешников здесь? Чтобы на их жире им было лучше гореть в аду? Какая-та раздвоенная у Бога получается любовь: помогать людям в земных делах и не делать этого для вечности? В точной противоположности к тому, что требует от нас последовательная заповедь любви: если уж желать людям добра в этом жизни, то тем более и в будущей! Но поскольку и «общую» благодать некоторые люди отвергают, получается, что она — не эффективная. Почему? Бог любит напрасный труд? Очевидно, кальвинистское понимание этой благодати прямо противоположно библейскому.
Заключение
Выше мы попытались выяснить отношение Духа Святого к грешникам. Некоторым христианам кажется, что Бог любит только их одних, поскольку им повезло уверовать и покаяться. Кальвинисты убеждают нас в том, что ни Дух Святой, ни Божья любовь не имеют никакого отношения ко всему грешному человечеству, если вопрос заходит о возможности его спасения. При этом они убеждены в том, что данное обстоятельство обходит стороной только ту часть грешников, которую Бог якобы избрал безусловным образом для спасения. Это значит, что Бог оставил в стороне всех остальных людей. Ничему подобному не учит апостол Иоанн. Напротив, в многих местах «своего» Евангелия он учит прямо противоположному: Бог возлюбил весь «этот мир», а Дух Святой призван свидетельствовать «этому миру» не только о делах земных, но и о делах духовных. Да, он действительно убеждает его в полной виновности перед Богом, но делает это не с целью осуждения грешников, как ложно думал Кальвин, а для того, чтобы они смогли проявить свою нужду в Божьем спасении. В арминианском богословии это действие Духа Святого называется «предварительной» благодатью (Ин. 1:9; Деян. 17:27; Рим. 2:4).
Поэтому свидетельство Духа Святого о существовании возможности обретения «праведности» по вере, которой может воспользоваться каждый грешник, не является обманом Бога, который показывает некоторым людям этот Свой подарок, чтобы затем его спрятать от них навсегда. Нет, Библейский Бог не способен на обман, а значит Его предложение имеет и законную (заявленную в Писании), и реальную (подтвержденную нашим опытом) силу. Иными словами, Дух Святой продолжает призывать людей к спасению по той причине, что Божья любовь не разделена на земную и небесную ее разновидности. Вместо этого Бог любит этот мир единой любовью, которая одинаково относится как к земной, так и к потусторонней его судьбе. И если Бог сумел полюбить или спасти не «по делам» хоть одного грешника, Он просто не в состоянии не полюбить или обойти спасением точно таким же образом и всех остальных. Если Божье милосердие может помиловать даже одного грешника, значит оно вполне в состоянии помиловать также и всех остальных, как написано: «Ибо всех заключил Бог в непослушание, чтобы всех помиловать» (Рим. 11:32). Таково отношение Духа Святого ко всем без исключения грешникам.