Что значит угодить Богу?

Гололоб Г.А.

Мы примерно знаем, зачем нужен Бог человеку. Для того, чтобы человек мог совершенствоваться и, прежде всего, в любви. Поскольку Бог более совершенен, чем мы, нам есть чему у Него поучиться. Но не менее важен и следующий вопрос: «Зачем мы нужны Богу?» Разумеется, многие религии не могли дать ответа на этот вопрос, поскольку просто не могли знать, каков Бог и каково Его отношение к людям. Неудивительно, что они считали Бога совершенно равнодушным даже к земной судьбе человека. Потенциально ответить на этот вопрос могли только т.н. богооткровенные религии – иудаизм, христианство и ислам. Но и они отвечают на него различным образом. Выделим из этих религий пока только христианство и поразмыслим над этим вопросом в нашей статье.

Моральный характер Личности Бога

Христианское учение подразумевает возможность и необходимость установления и поддержания личных отношений между Богом и людьми. По этой причине христиане широко практикуют изучение Библии для понимания воли Бога и молитвы для обращения своих нужд к Нему. Мало того, христианство предполагает, что эти отношения должны иметь моральный характер, выходящий за пределы формальных или правовых отношений. «Так говорит Господь: да не хвалится мудрый мудростью своею, да не хвалится сильный силою своею, да не хвалится богатый богатством своим. Но хвалящийся хвались тем, что разумеет и знает Меня, что Я — Господь, творящий милость, суд и правду на земле; ибо только это благоугодно Мне, говорит Господь» (Иер. 9:23-24). Иными словами, одной из особенностей христианского учения является то, что Бог относится к человеку в зависимости от его моральных качеств, а не в зависимости от его социального статуса, общественных привилегий или каких-то других внешних преимуществ или достоинств.

Но не опережаем ли мы события, особенно в свете того досадного обстоятельства, что некоторые христиане считают отношение Бога к людям не столько моральным, сколько повелительным по своему характеру? Поскольку Бог выше человека по праву, от нас следовало бы ожидать лишь безоговорочного поклонения Ему. Разумеется, данное заявление создает в христианстве некоторое напряжение: по крайней мере спасительное отношение Бога к людям может быть либо моральным, либо правовым, но не и тем, и другим одновременно, поскольку подчинение и свобода, рабство и дружба, страх и любовь – несовместимые понятия.

Почему же возникла эта проблема? Прежде всего, потому что в Ветхом Завете Бог действительно выступал больше в роли Верховного Повелителя, чем Друга, тем более для всех людей. Данное представление описывает пророк Малахия следующими словами: «Сын чтит отца и раб — господина своего; если Я отец, то где почтение ко Мне? и если Я Господь, то где благоговение предо Мною? говорит Господь Саваоф…» (Мал. 1:6). По умолчанию подразумевается, что грешное существо не может быть расценено Богом иначе, как в качестве Своего раба. Мы видим, что в древнееврейских представлениях даже сын больше страшился своего отца, чем его любил.

Но Новый Завет поднимает грешное человеческое существо на небывалую высоту. Обращаясь к Своим ученикам, Божий Сын, Иисус Христос говорит: «Я уже не называю вас рабами, ибо раб не знает, что делает господин его; но Я назвал вас друзьями, потому что сказал вам все, что слышал от Отца Моего» (Ин. 15:15). Иисус посвящает апостолов в Божественные тайны именно по той причине, что относится к ним, как к Своим друзьям и партнерам. Здесь проведена четкая линия между рабским и сыновьим служением Богу: «раб не знает, что делает господин его». Иными словами, раб повинуется своему господину, не понимая всей необходимости его требований. А без сознательного понимания этих целей и само служение оказывается ущербным. Слова же «сказал вам все» указывают на то, что раньше Бог не открывался людям во Своей полноте. Поэтому для новозаветного верующего дороги назад – к несовершенному знанию о Боге — уже нет.

Апостол Павел подчеркивает глубоко моральный характер отношений между Богом и человеком, когда пишет: «Благодарение Богу, что вы, быв прежде рабами греха, от сердца стали послушны тому образу учения, которому предали себя» (Рим. 6:17). Почему здесь добавлена фраза «от сердца»? Потому что это послушание руководствуется сердечным порывом, а не внешней обязанностью или принуждением. Это значит, что ценность Божьего искупления определяется желанием не только самого Искупителя, но и искупаемых. Поэтому предлагаемое Богом спасение оказывается востребованным человеком. Отсюда Христос мог сказать: «Кто принимает вас, принимает Меня, а кто принимает Меня, принимает Пославшего Меня» (Мф. 10:40; ср. Мф. 18:5; 25:35; Лк. 8:40; 19:6). «Принять» дар спасения – это ответственность не Бога, а человека (Мф. 13:20; Мк. 4:16, 20; 9:37; Лк. 8:13, 15; 9:48; Ин. 1:12, 16; 7:39; 13:20; 17:8; Деян. 1:25; 2:41; 8:14-15; 11:1; 17:11; 2 Пет. 1:1; 1 Ин. 5:9; Рим. 8:15; 1 Кор. 2:12; 15:1; 2 Кор. 6:1; Гал. 1:9, 12; Кол. 2:6; 1 Фес. 1:6; 2:13; 2 Фес. 3:6; 1 Тим. 1:15; 3:16; 4:4, 9; Откр. 3:3; ср. Лк. 4:24; 9:53; Ин. 1:11; 3:11, 32; 5:43-44; 12:48; 2 Фес. 2:10; 2 Тим. 4:3).

Но Богу «угодны» не только желающие принять Его дар спасения, но и скромные и доверяющие Ему люди. Прежде всего, Бога интересует в человеке скромность и готовность принять правду: «А вот на кого Я призрю: на смиренного и сокрушенного духом и на трепещущего пред словом Моим» (Ис. 66:2). «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас» (Мф. 11:28). «А без веры угодить Богу невозможно; ибо надобно, чтобы приходящий к Богу веровал, что Он есть, и ищущим Его воздает» (Евр. 11:6). Таким образом «Царство Небесное принадлежит» людям «нищим духом», плачущим, кротким, алчущим и жаждущим правды, милостивым, чистым сердцем, миротворцам и изгнанным за правду (Мф. 5:3-10). Важно отметить, что здесь перечислены не заслуги, а потребность грешника в Божьих дарах. Поэтому такого рода «отрицательная» праведность не противоречит принципу благодати спасения.

Кальвинисты учат, что грешное существо не может желать спасения, однако желание спасения не равнозначно его обладанию. Человек является грешником не по той причине, что он не может желать спасения, а по той, что он его не имеет. Даже сам Кальвин допускал возможность поиска спасения некоторыми грешниками, но считал ее недостижимой вследствие Божьего осуждения. Конечно, он ошибался, думая, что Бог умышленно возбуждал в человеке этот поиск с единственной целью — чтобы не удовлетворить его.

Но библейский образ Бога не настолько жесток, как кальвинистский. Мало того, Писание противится такому представлению, поскольку рабское положение не соответствует принципу любви Бога, проявленной различными средствами по отношению ко всему этому миру. Поэтому нам приходится только удивляться кальвинистскому представлению о Боге. Если же признать правоту за кальвинистами, тогда приходится признать также и то, что человек нужен Богу лишь в качестве раба или прислуги, поскольку любое прославление его равнозначно унижению Божьего величия.

Специфика моральной природы Бога

Итак, чего же в Боге больше – справедливости или любви? Если справедливости, тогда правы кальвинисты. Мы никогда не сможем приблизиться к Богу иначе, как в исключительно рабской позе. Если же в Боге больше любви, тогда у нас есть надежда, что прославление Бога не исключает возможности морального достоинства людей, согласного с даром спасения по той причине, что оно необходимо для добровольного признания нашей греховности и потребности в Божьей милости. По крайней мере, апостол Иаков согласен с нашим убеждением, заявив: «Милость превозносится над судом» (Иак. 2:13). Ему вторит апостол Иоанн, утверждая, что «Бог есть любовь», а не справедливость (1 Ин. 4:8, 16). По-библейски двух свидетелей достаточно.

Если же Бог любит человека, то за что? Он его любит не за что-то, а потому что он является Его творением. Разве мать любит свое дитя за что-то? Разве любить – это удовлетворять свой эгоизм, а не служить другому? Похоже, что сама постановка этого вопроса дискредитирует любовь Божью в глазах всех сознательных существ. Божья любовь безгранична по той причине, что безграничен Сам Бог. Поскольку же Его справедливость подчинена любви, и существует естественная возможность налаживания с людьми моральных, а не правовых отношений. По праву мы Богу никто, поскольку не можем претендовать на Его блага, но по милости вполне можем рассчитывать на них.

Стало быть, кальвинисты обращают свое внимание не на главное, а на второстепенное качество Бога. На Голгофе Божья любовь уплатила Его справедливости очень высокую цену, чтобы судьба всех грешников перешла исключительно в ее (любви) руки. Тогда причем здесь справедливость, когда весь вопрос упирается в любовь? Кальвинисты сознательно отодвигают любовь в сторону, чтобы говорить лишь о праве. Но судьба каждого человека находится в руках Божьей любви, а не справедливости. Поэтому кальвинисты совершенно напрасно стараются, пытаясь представить основания спасения как-то иначе. Неудивительно, что в их представлении Божья любовь выглядит какой-то ущербной: ограниченной и слабой. Но кальвинисты живут в своем вымышленном мире и не считаются с библейским утверждением о главенстве любви над справедливостью в моральном характере Бога. Мы здесь можем только развести руками.

Соборное устройство Церкви Христа

О существовании морального отношения Бога к людям свидетельствует устройство христианской церкви. Если бы оно было иерархичным, тогда отношения между верующими людьми строились бы на принципе подчинения нижестоящих вышестоящим.

Если бы были правы наши оппоненты, тогда как мы должны воспринимать следующий призыв Писания: «Посему принимайте друг друга, как и Христос принял вас в славу Божию» (Рим. 15:7)? Очевидно, здесь идет речь о прощении, а не о господстве, поскольку Христос принял нас в славу Божью не в качестве Своих рабов. Хотя это и распространенное в Писании выражение, но оно не означает буквального рабства, а является специфическим выражением, описывающим истинное поклонение или почитание Бога (Ин. 4:23-24).

В действительности, все верующие равны между собой в духовном отношении, хотя и имеют различные дары (1 Кор. 12:4, 13). Принцип «всеобщего священства» (1 Пет. 2:9; Откр. 1:6; 5:10) означает, что традиционное деление Церкви на клир и мир неоправданно не только в области церковного управления, но и в области толкования Св. Писания. «Симон Петр, раб и Апостол Иисуса Христа, принявшим с нами равно драгоценную веру по правде Бога нашего и Спасителя Иисуса Христа» (2 Пет. 1:1). Поскольку Церковь Христова состоит из добровольно уверовавших в Иисуса Христа как своего Спасителя и Господа людей (Деян. 4:4, 32; 6:7), вера в Иисуса Христа делает христиан родными в духовном смысле (Деян. 4:32; Еф. 4:4). Мы потому не подчиняемся друг другу, что Бог держит нас в Своих друзьях, а не в рекрутах.

Поэтому и отношения между христианами являются равноправными. Так, апостол Павел называет своими «сотрудниками» следующих лиц: Прискиллу и Акилу, Урбана, Тимофея, Тита, которого называет также «товарищем» (2 Кор. 8:23), Епафрадита, которого называет также «братом» (Флп. 2:25), Климента, Епафраса, которого также называет «служителем Христовым», Марка и Иуста, Филимона, Аристарха, Луку и даже отступившего в будущем Димаса (Флм. 24). Но до тех пор, пока мы верны Богу, Бог остается верен нам. О чем все это говорит? О том, что Павел не превозносился своим апостольством, считая своими сотрудниками простых служителей (ср. 1 Пет. 5:1, 3). Подобным образом Новый Завет использует фразу «друг друга» при описании дружеских или любящих отношений между верующими (Ин. 13:34; 15:12, 17; Иак. 4:11; 1 Пет. 1:22; 5:14; 1 Ин. 3:11, 23; 4:7, 11, 12; 2 Ин. 5; Рим. 12:10; 14:13; 15:7, 14; 16:16; 1 Кор. 11:33; 16:20; 2 Кор. 13:12; Гал. 5:15, 26; Гал. 6:2; Еф. 4:32; Кол. 3:16; 1 Фес. 4:9, 18; 5:11; Евр. 3:13; 10:25).

Апостолы не присваивают себе эксклюзивной власти проповеди Евангелия, напротив, они идут вослед за теми, кто это сделал без их особого поручения (Деян. 8:14; 11:19-23; 13:1-4 и др.). Образование новых христианских общин не было строго централизованным, поскольку Павел привлекал для этого обращенных евреев, с этой целью проповедуя вначале в синагогах. В коринфской церкви «каждый» был участником богослужений (1 Кор. 14:26), вся организация которых сводилась к принципу — говорить «один за другим» (1 Кор. 14:31). Избрание служителей происходит самими верующими (Деян. 6:3-6; 13:1-3; 14:23; 1 Кор. 5:4-5; 2 Кор. 8:19). Но самое главное — доступ к благодати открыт каждому верующему при единственном Посреднике Иисусе Христе (Евр. 10:19-20).

Если  же Церковь Христа устроена соборным образом, то только благодаря тому, что Бог относится ко всем верующим людям одинаково. Однако Бог относится одинаково также и ко всем неверующим людям: «Истинно познаю, что Бог нелицеприятен, но во всяком народе боящийся Его и поступающий по правде приятен Ему» (Деян. 10:34-35). Это истинно по той причине, что Бог желает спасения «всем» людям (напр. 1 Ин. 2:2; 1 Тим. 2:4; Евр. 2:9) в ожидании от них свободного отклика (напр. Лк. 9:23; Ин. 7:17; Откр. 22:17). Существование свободы воли у человека доказывает моральный характер Божьего отношения ко всем людям.

Свободное послушание человека Богу

Моральные отношения подразумевают свободу всех участников этих отношений. И здесь сразу возникает вопрос, как эта свобода может быть согласована с Божьим предопределением, если Бог является Верховным Правителем мира? Особенно остро стоит вопрос об отношении между Божьим предопределением и Его же предузнанием. Если Бог знает наперед даже мысли человека, значит ли это, что Он это может сделать, только путем предопределения всего? Некоторых христиан занимает этот вопрос, но доверяющему Богу не обязательно знать все. К тому же этим вопросом легко злоупотребить.

Фаталисты верят в то, что предузнание невозможно без предопределения, однако вневременного Бога нельзя этим затруднить. Поэтому данная проблема — можно ли знать наперед, не предопределяя — существует лишь для разума, а не для веры в Писание. Правда, кальвинистский пастор Алексей Прокопенко в одной из своих видеопередач ссылается на оригинал текста 1 Петр. 1:20, чтобы доказать синонимичность использования слов «предузнал» и «предопределил». Однако такое толкование не учитывает контекст. Христос здесь назван предузнанным «непорочным Агнцем» именно по той причине, что искупление грехов людей находится в зависимости от предузнания их грехопадения. Поэтому апостол Петр здесь оказался более дальновидным, чем Прокопенко и Коломийцев.

Кстати, Алексей Коломийцев в той же передаче возмущается тем, что арминиане толкуют выражение «никто не ищет Бога» локально. Тенденция подмены частного общим – один из любимых у софистов прием. Однако мы поступаем здесь точно таким же образом, как и в случае понимания, например, следующего текста: «Что Он видел и слышал, о том и свидетельствует; и никто не принимает свидетельства Его» (Ин. 3:32). Мы зададим кальвинистам вопрос: «Действительно ли никто не принял свидетельства Иисуса?» Очевидно, что, по крайней мере, сами апостолы это свидетельство приняли, о чем свидетельствуют следующие слова из ближайшего контекста: «Принявший Его свидетельство сим запечатлел, что Бог истинен» (Ин. 3:33; ср. Ин. 1:12). Поэтому обобщение, которое довольно часто встречается в Священном Писании, нельзя доводить до буквализма. Бог дал нам разум для того, чтобы мы им пользовались постоянно, а не время от времени, когда нам это выгодно.

Что касается проблемы понимания самой возможности предведения Божьего, то в отличие от представителей «открытой теологии» мы считаем, что Богу известно наперед не одно будущее, а, по крайней мере, два — будущее верующих и будущее неверующих людей. Стало быть, тезис Прокопенко и других иже с ним о том, что известное наперед Богом будущее не зависит от человека, следует признать ошибочным. Богу известно наперед не только само будущее, но и то, что определяет его как для верующих, так и для неверующих людей. Поэтому будущее нельзя изменить в отношении к каждому конкретному человеку лишь в той мере, в которой оно не зависит от человеческого решения поверить или не поверить.

Короче говоря, Богу известны любые изменения будущего, которые совершаются по причине раскаяния грешника или отпадения праведника. Например, Он знал наперед как первоначальное послушание, так и последующее отступление Соломона. И, напротив, первоначальное греховное поведение ниневитян и последующее их раскаяние. Иными словами, Бог знает абсолютно все варианты будущего, включая и те, которые никогда не осуществятся. Например, Он знал, что жители Кеиля предали бы Давида, если бы он и дальше оставался в этом городе, хотя самого этого предательства так и не произошло. Поэтому тот факт, что Бог знал наперед об этом предательстве, не сделал это предательство реальностью, что можно поставить на вид Прокопенко.

Поэтому изменить будущее невозможно лишь в голове фаталиста, для которого само понятие «предузнания» бессмысленно. Но Писание не допускает бессмыслицы, поэтому это понятие в нем есть и выполняет собственную функцию, обуславливающую Божье предопределение человеческим выбором ПО ЕГО (БОГА) СУВЕРЕННОМУ РЕШЕНИЮ. А понятно ли это человеческому разуму или не понятно — это уже второстепенный вопрос. Нельзя же сказать, что Бог предопределил Спасителя и в то же самое время не предопределил грешника, которого Ему нужно было спасти. Не было бы грехопадения, не нужен был бы и Спаситель.

Если бы был прав Прокопенко, тогда текст Рим. 8:29 звучал бы как полная тавтология. Кроме того, Бог не просто «пассивно» знает, кто уверует, а кто нет, но также и содействует КАЖДОМУ в том, чтобы он уверовал. Поэтому здесь Прокопенко сознательно искажает учение арминиан о предузнании Божьем. В любом случае, нам не следует смущаться существованием данной проблемы, поскольку проблем у кальвинистов намного больше, чем у арминиан. Если эта наша проблема носит рациональный характер, поскольку нам трудно понять возможность Божьего предведения без предопределения, то их — моральный, поскольку они сознательно отвергают универсальный и непринудительный характер Божьей любви. Чья проблема больше — пусть рассудит читатель.

Заключение

Мы немного коснулись вопроса о «потребности» Бога в человеке. Разумеется, Бог создал человека не по той причине, что нуждался в его существовании, а по той, что Он все время что-то творит. Творение  — это Его естественное качество. Равным образом, естественным Его качеством является спасение грешников. Он спасает не по той причине, что Ему нужно вернуть к Себе хорошего собеседника, а по той, что Ему свойственно спасать отступивших от Него. И все же Священное Писание заявляет, что Бог любит человека, причем вне зависимости от его греховности. Да, сам грех Он ненавидит, но грешника любит. «Ко Мне обратитесь, и будете спасены, все концы земли, ибо я Бог, и нет иного» (Ис. 45:22).

Так зачем же Богу нужен человек? Отнюдь не для того, чтобы с него сделать «козла отпущения», а чтобы возвысить его и уподобить Себе. «Ибо кого Он предузнал, тем и предопределил быть подобными образу Сына Своего, дабы Он был первородным между многими братиями» (Рим. 8:29). «Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут, каждый в своем порядке: первенец Христос, потом Христовы, в пришествие Его» (1 Кор. 15:22-23). «Ибо и освящающий и освящаемые, все — от Единого; поэтому Он не стыдится называть их братиями, говоря: возвещу имя Твое братиям Моим, посреди церкви воспою Тебя» (Евр. 2:11-12). Христос назван «Первородным между братьями», но не просто их Властителем.

Выслушав Божий приговор, священник Илий вместо покаяния принес Богу ложную хвалу: «Он — Господь; что Ему угодно, то да сотворит» (1 Цар. 3:18). Но разве Богу было «угодно» наказать его? Очевидно, что нет. Богу было угодно его помиловать, но сам этот священник не раскаялся перед Ним — и потому был наказан. История священника Илия учит нас не воспринимать Божьи наказания фаталистски, что ярко подчеркивает история спасения  ниневитян. Если Бог угрожает Своим наказанием, то только ради нашего покаяния и спасения. Современные кальвинисты напоминают собой этого священника, относящегося к Богу как к безликой судьбе.

Так что же «угодно» Господу в человеке? «Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа» (Ин. 17:3). «Ибо это хорошо и угодно Спасителю нашему Богу, Который хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1 Тим. 2:3-4). Спасение, оказывается, выражается в «познании» или испытании на собственном опыте Божьей любви и милости. Хотя Давид и согрешал, его сердце всегда признавало свою вину и потребность в Божьем прощении, поэтому о нем было сказано, что он «последовал Мне всем сердцем своим, делая только угодное пред очами Моими» (3 Цар. 14:8). Апостол Павел называет это качество «богоугодной искренностью» (2 Кор. 1:12). Поэтому угодить Богу может только кроткий и доверившийся Ему человек.