Порядок следования спасительных действий
Гололоб Г.А.
Так называемый ordo salutis («порядок спасения») интересует многих христиан, поскольку наглядно показывает нам весь характер взаимоотношений Бога и человека в вопросе спасения. Католики вводят в этот порядок посредничество Церкви в виде церковных обрядов и таинств, кальвинисты – безусловное избрание, не зависящее даже от проявления человеческой нужды в Божественной помощи. Мы же, арминиане, не можем согласиться ни с теми, ни с другими, и поэтому предлагаем собственный вариант, причем претендующий на наиболее соответствующий Священному Писанию. Он состоит в признании условного характера спасения, т.е. предопределения, избрания и благодати.
Дело запутывается еще и тем, что некоторые богословы вводят в обиход совершенно искусственные термины, например, «инструментальная причина спасительной благодати», будто покаяние и вера человека представляют собой лишь простые «инструменты» в руках Божественной благодати. Конечно, кальвинистам приходится различать между собой простые инструменты от Божественных даров. К первым они относят как посреднические все проявления человеческой воли (покаяние, вера, верность, святость), а ко вторым – как основные все проявления воли Божьей (предопределение, избрание, благодать, освящение). Но это им плохо помогает разрешить все возникающие при этом затруднения.
В действительности же Бог никогда не спасает кого-либо без выявления личного отношения этого человека к его собственному спасению. Иными словами, Бог спасает только желающих признать свою полную безысходность и зависимость от Него. Если же считать, что это – дело исключительно Бога, тогда в Священном Писании мы никогда бы не нашли никаких призывов к покаянию и вере, унижающих Его благодать. Совершенно нелепо просить у Бога того, что зависит от нас одних, хотя и под именем надуманных «инструментальных причин».
Ниже мы рассмотрим библейские и богословские основания считать библейский порядок следования спасительных действий таким:
1) Непринудительный и универсальный призыв Бога (посредством воздействия со стороны «предварительной» благодати);
2) проявление покаяния и веры грешником (при помощи «предварительной» или «просвещающей» благодати);
3) даровое получение грешником примирения, усыновления, оправдания и искупления;
4) освящение христианина (получение остальных даров Божественной благодати).
Суть этого порядка состоит в непринуждающем Божественном предложении спасения во Христе и в человеческом отклике на него. Ниже мы обоснуем данный порядок следования спасительных действий Писанием и доводами разума.
Непринуждающий характер Божественного призыва
Одним из ведущих аргументов арминианского учения о спасении является непринудительный характер Божественного призыва. Само слово «призыв» имеет значение «предложение», но не «принуждение». Подобно ему, термин «благодать» означает «бесплатный дар», но не принудительный дар. Поэтому кальвинисты злоупотребляют библейской терминологией, пытаясь придать ей не свойственное ей качество принуждения.
Иисус Христос однажды сказал: «Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! Сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели!» (Мф. 23:37; Лк. 13:34). Тот факт, что евреи отвергли Божий призыв к покаянию, не означал того, что Бог был слабее их. Здесь вопрос полагался не в силе, а в нежелании Бога даровать Свое спасение неверующим людям.
Если же Божественный призыв не принуждает, это хорошо объясняет то, почему многие люди способны его отвергнуть. При этом очевидно, что благодать Божья не играет в поддавки, как это подразумевается в кальвинизме. Бог не может совершать глупых поступков или принимать противоречивые решения, например, предлагать Свое спасение всем, а в действительности даровать его лишь некоторым. Поэтому библейское понимание Божественного призыва грешников к спасению основано на непринудительном характере Божественной любви ко всем людям.
Что первично: вера или возрождение?
Теологический энциклопедический словарь под редакцией Уолтера Элвелла приписывает кальвинистам следующий порядок спасения:
1) призыв;
2) возрождение;
3) вера;
4) оправдание;
5) освящение;
6) прославление.
Следует отметить, что кальвинистским «призывом» в реальности является избрание (причем безусловное), что противоречит Писанию. Чтобы избежать этой неразберихи, некоторые кальвинисты считают призыв универсальным, а безусловное избрание относят к следующей стадии – стадиям возрождения или веры. Но это только делает «предложение Божье спастись всем» лукавым. Божья святость и порядочность не может позволить Ему обещать людям одно, а в реальности делать — другое.
Вторая проблема в кальвинистском «порядке» действий, ведущих к спасению, состоит в излишнем дублировании времени совершения таких актов, как «возрождение» и «оправдание», которые в реальности происходят одновременно. Поскольку возрождения не существует без оправдания, как и наоборот, кальвинисты умышленно напускают дыма, чтобы скрыть очередную несообразность собственного учения. Иначе возникнет вопрос, какое же из этих двух действий является лишним. Разумеется, с нашей точки зрения лишним является здесь «возрождение», которое следует просто перенести к «оправданию». Но если это признать, тогда следует также признать и первоочередность веры по отношению к оправданию и возрождению.
Таким образом, данная проблема наиболее остро ставит следующий вопрос: «Чему что предшествует: вера возрождению или возрождение вере?» Кальвинисты здесь склонны путать между собой предварительное действие Духа Святого, именуемое «просвещением», со спасительным действием Духа Святого, именуемым «возрождением». Однако «просвещение» не является конечным спасительным действием Духа Святого и не дарует грешнику оправдания, напротив, «просвещение» обычно открывает грешнику его греховность, а значит несет с собой суд, а не избавление от него. По этой причине мы не можем считать «просвещение» возрождающим действием Духа Святого. Оно лишь одно из условий спасения с Божественной стороны.
Например, в тексте Рим. 1:21 написано о грешниках то, что «они, познав Бога, не прославили Его, как Бога». Дело «познания» (эквивалент древнееврейскому слову «йада») здесь очевидно относится не к оправданию грешника, а лишь к Божественному призыву сделать это. Иными словами, Бог не дарует Свое спасение беспричинно, но в Своем выборе опирается на реакцию человека на Его предложение спастись. Это означает, что Божье спасение имеет предварительное условие со стороны Бога, выраженное в предложении спасения, на которое сам человек должен откликнуться верой или неверием.
Впрочем, зависимость веры от знания (см. напр. Ин. 6:45) доказывает истину, не благоприятствующую кальвинизму: без определенного знания веры не бывает. Иными словами, для проявления веры нужны некоторые авторитетные свидетельства. Поэтому Христос, чтобы убедить иудеев прибегал к аргументу о предсказаниях Писания: «Всякий слышавший от Отца и научившийся приходит ко Мне». К чему это слово «научившийся», подразумевающее разумную деятельность? Вера должна знать, во что ей верить. Бессмысленная же вера неотличима от фанатизма.
А может быть выражение «слышавший от Отца» говорит нам о возрождении? Нет, оно говорит лишь о «просвещении», поскольку перед ним мы встречаем следующую фразу: «У пророков написано: и будут все научены Богом». Христос ссылается на пророков, в целом, и на их предсказание о всеобщем научении людей, в частности. Вероятно, здесь идет речь о пророчестве пророка Иеремии о новом завете (Иер. 31:31-34), которое должно было образумить евреев и побудить их уверовать в слова Христа.
К тому же, если возрождение возможно без веры, тогда вера становится не нужной. Текст Ин. 5:24 свидетельствует нам о том, что вера является результатом совместных действий: «предварительной» благодати или призыва Божьего («слушающий слово Мое») и самого человека («верующий в Пославшего Меня»). Если бы она не зависела от человека, в Писании ею бы только одарялись люди, но никогда в нем не было бы призывов проявить ее самостоятельно или личным образом.
Например, евангелист Иоанн говорит: «Когда же воскрес Он из мертвых, то ученики Его вспомнили, что Он говорил это, и поверили Писанию и слову, которое сказал Иисус» (Ин. 2:22). Если бы Бог раздавал веру по Собственным соображениям, не зависящим от самих людей, тогда нельзя было бы сказать, что «они поверили (активный залог глагола в оригинале) Писанию и слову, которое сказал Иисус». Сказанное имеет и обратную сторону: неверие людей происходит не от недостатка Божественной благодати или призыва, а от нежелания самих людей (см. напр. Лк. 20:5).
О человеческом характере веры свидетельствует и такой текст Писания: «Иисус же сказал им: Я есмь хлеб жизни; приходящий ко Мне не будет алкать, и верующий в Меня не будет жаждать никогда» (Ин. 6:35). По законам еврейского параллелизма (хиазма) первая часть предложения повторяет другими словами вторую, так что выражения «приходящий ко Мне» идентично по смыслу с выражением «верующий в Меня». Это и доказывает тот факт, что верой человек приходит к Богу самостоятельно. Кроме того, рост или сомнения в вере также доказывают человеческий ее характер (см. напр. рост веры Неемана или твердость веры Авраама). Примеров этому факту в Писании огромное количество.
Таким образом, мы видим, что возрождение без личной веры грешника может существовать лишь теоретически, т.е. в Замысле Бога, который в реальности не осуществляется автоматически, но зависит от воли человека. Мало того, Бог требует и ожидает веры человека, о чем нам может поведать текст Лк. 18:8 (см. «найду ли веру на земле?») или в открытом виде следующий: «А без веры угодить Богу невозможно; ибо надобно, чтобы приходящий к Богу веровал, что Он есть, и ищущим Его воздает» (Евр. 11:6). Получается, что без веры Богу невозможно угодить, а значит и спастись. Сюда же следует отнести и все тексты Писания, прославляющие твердость человеческой веры (напр. Мф. 8:10).
Тем не менее, кальвинисты спешат заявить, что Божий призыв способен даровать спасение без учета личного отношения человека к этому намерению. Мало того, они стараются убедить нас в том, что Божий призыв к спасению просто обязан заставить грешника принять его, поскольку тот самостоятельно сделать это не в силах. Однако откуда они взяли тот факт, что Бог спасает только против воли людей? С библейской точки зрения, происходит все наоборот: нежелающих принять спасение Бог не может спасти и потому отправляет в ад. Вот как умеет кальвинизм переставлять с ног на голову подлинные факты Евангелия!
Почему грешник способен принять спасительную благодать?
Обладая способностью уверовать и покаяться, не является ли грешник менее грешным, чем должен быть? Ни в коем случае, поскольку эта способность сама по себе не может помочь человеку спастись. Без обладания необходимой информацией (спасительным призывом) и помощью («предварительной» благодатью), воля человека не способна не возродить, а сделать человека нуждающимся в этом возрождении. Поэтому, в отличие от кальвинистов, арминиане верят не в одну, а сразу в две истины о природе грешника: 1) в абсолютную порочность природы грешника и 2) в «предварительную» благодать, частично нейтрализирующую эту порочность. Это хорошо объясняет тот факт, что даже неверующие люди способны на нечто доброе, что ставит в тупик кальвинистский тезис о безусловном характере греховности человеческой природы.
Часто кальвинисты возражают арминианам тем, что вера до возрождения делает человека способным поверить и покаяться без Божественной помощи, а также делает последнюю ненужной. В реальности, ничего подобного арминиане не утверждают, поскольку в реальности вера создается при помощи предварительной, но не оправдывающей благодати, как у кальвинистов. Просто арминиане и кальвинисты видят эту помощь в разных действиях Божественной благодати: первые — в непринудительной и универсальной предварительной благодати, а вторые – в оправдывающей и принуждающей. Наконец, слово «помощь» следует отличать от слова «принуждение», чего делать кальвинисты упрямо не хотят.
Апостол Павел так описывал действие «предварительной» благодати: «Неужели думаешь ты, человек, что избежишь суда Божия, осуждая делающих такие [дела] и (сам) делая то же? Или пренебрегаешь богатство благости, кротости и долготерпения Божия, не разумея, что благость Божия ведет тебя к покаянию?» (Рим. 2:3-5). Очевидно, что грешник здесь обладает способностью правильно судить поступки других людей, хотя и не свои. И эта его способность дарована ему либо от природы, либо специально – под воздействием силы «предварительной» благодати. Однако этот грешник обладает и другой способностью: «пренебрегать благостью, кротостью и долготерпением Божьим». И это несмотря на то, что «благость Божия ведет его к покаянию»! Стало быть, она ведет его непринудительным путем. Это и объясняет, почему Божьи усилия по спасению некоторых грешников бывают безрезультатными.
Таким образом, в отличие от кальвинистов, арминиане считают, что предварительная благодать подготавливает человека к совершению правильного выбора, но не определяет этот выбор принудительным образом. Поэтому кальвинистские претензии касательно унижения Божественной благодати здесь бьют мимо цели. Просто кальвинистам для этого следует вначале доказать, что вера происходит именно от оправдывающей благодати, а не предварительной, да еще и принуждающей и избирательной одновременно. А до тех пор, пока эти доказательства не будут очевидными, все их претензии к арминианам можно спокойно игнорировать.
Является ли вера заслугой?
На этот вопрос арминиане отвечают отрицательно, но кальвинисты не хотят их слушать, считая веру некоей разновидностью дел или поступков. Один кальвинистский автор даже присовокупил сюда текст Тит. 3:4-7, хотя в нем говорится о делах человека, а не о его вере. Второй его текст 1 Кор. 12:3 легко объясняется арминианами как результат непринудительного действия «предварительной» благодати. Вот и все доказательства кальвинистскому тезису о том, что возрождение предшествует вере! Очень впечатлительный список, особенно в сравнении с текстами Писания, приводимыми в свою защиту арминианами.
И снова здесь нам может помочь логика. Заслуга требует зарплаты, тогда как вера является лишь выражением своей нужды в Божьем прощении. Сам Арминий, воспринимал ее как протянутую за помощью руку нищего. Поскольку протянутая за помощью рука не может быть частью этой самой помощи, кальвинистское обвинение арминиан в заслуживании спасения верой является надуманным. Это значит, что для проявления спасительной веры не нужно быть уже спасенным человеком, а достаточно лишь нуждаться в этом спасении. Поэтому вера открывает двери спасения (см. напр. Ин. 1:12; Откр. 3:20).
Получается, что для обретения спасения не нужны наши дела, но нужны наши намерения. Апостол Павел описывает этот процесс следующим образом: «Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю. Если же делаю то, чего не хочу, уже не я делаю то, но живущий во мне грех» (Рим. 7:19-20). Оказывается, «первородный» грех имеет над «внутренним человеком» лишь ограниченную власть, в отличие от полной, распространенной на т.ск. «человека внешнего». Разумеется, этот эффект достижим при помощи действия «предварительной» благодати.
Это не значит, что грешник обладает способностью каяться или верить только в своей душе, но не способен выразить их внешним образом (даже в словах). Это говорит лишь о том, что «желание добра» в человеческой природе не было повреждено грехопадением в такой же степени, как и способность человека заслужить себе спасение путем совершения добрых дел. Имея основание в желании людей, «предварительная» благодать достигает своих целей также и в их внешних поступках, хотя последние и не могут быть столь эффективны и постоянны, как это позволяет достигнуть оправдывающая благодать в жизни уже возрожденного человека.
Почему Бог отличает намерения от поступков? В совершении дел мы бываем часто зависимы от зла, совершенного против нас другими людьми, а также от различных непредвиденных обстоятельств, обесценивающих конечный результат наших действий. Действительно, один родился в благополучной семье, получил хорошее образование, имеет крепкое здоровье и т.д., а другой, не имея тех же условий, вынужден приносить одинаковые плоды освящения с первым. Это несправедливо. А вот в сфере намерений этого различия нет, поскольку здесь все равны по своим внутренним желаниям.
Поэтому Бог может засчитывать нам наши намерения как дела, не только греховные, но и святые. Когда ко мне в больницу пришли друзья, чтобы сдать кровь, оказалось, что добрую их половину «забраковали». Они очень огорчились, но я сказал им: «Бог уже засчитал вам ваши намерения как настоящие действия, поскольку Ему нужно сердце, а не «выработка нормы». Действительно, Бог часто расценивает желаемое, но встретившее непреодолимые препятствия, как уже совершенное. И, наоборот, если сердце кого-либо отстоит от Бога далеко, то даже если его дела и не так далеки, угодить Богу он все равно не может. Потенциальный грех расценивается Богом как грех реальный, поскольку он уже спланирован, обдуман и только ждет удобного случая для своего совершения.
Отличие между юридическим оправданием и фактическим освящением
Поскольку освящение также может иметь юридический смысл (напр. Евр. 10:10), который ничем не отличается от такого же по своему характеру оправдания (впрочем, подобная, но обратная ситуация имеет место и с самим оправданием), мы для того, чтобы не путаться, будем говорить об освящении лишь в фактическом смысле, а об оправдании – в юридическом. Это значит, что дело веры является следствием спасения, а не его условием. Поэтому ожидать добрых дел до обращения грешника все равно, что пускать телегу впереди лошади. Поэтому нам следует признать, что дела к вере относятся как последствия к своей причине, а не наоборот. Ной начал строить ковчег, потому что поверил Богу, а не начал верить, потому что построил его. Иными словами, вера лишь совершенствуется делами (см. Иак. 2:22), но не создается. В то время, как дела являются признаком истинной веры, а не ее причиной.
У кальвинистов спасение имеет не только юридический, но и безусловный характер, т.е. неотразимый при получении и неотъемлемый при сохранении. Арминианская же позиция считает спасение предложением, которое может быть отторгнутым, причем грехами, правда, не в виде дел, но лишь в виде неверия и отказа в покаянии. Правда, некоторые арминиане настаивают на фактическом характере спасения, считая его не моментом примирения с Богом, а пожизненным процессом освящения. Тем не менее, у нас нет возможности признать верным отождествление юридического прощения грехов с фактическим избавлением от самих этих грехов.
Нам могут поставить на вид некоторые тексты Писания, якобы противоречащие как даровому, так и юридическому характеру спасения. Тем не менее, у нас имеется способ защитить наши убеждения от встречной критики. Сказанное в тексте 2 Пет. 1:5, 11 следует понимать так же, как и сказанное в тексте Иак. 2:24. Здесь в отличие от оправдания, представленного в Посланиях Павла, говорится об оправдании по делам как признаке истинной веры. Отсюда Иаков взывает: «Покажи». Но кому покажи? Богу? Нет, Богу это не нужно. Тогда людям. Только по делам другие люди узнают, что ты спасенный человек. Это и есть оправдание делами перед людьми, а не перед Богом, о чем говорит уже Павел. В любом случае, сказанное Павлом о спасении без дел нельзя отрицать, так что нам приходится лишь согласовать оба вида этих вида свидетельств между собой данным способом.
Таким же образом и здесь апостол Петр требует показа добродетелей из веры, но
для чего? Для свободного доступа к царству Христа, где все будет свято, но здесь не говорится о спасении. Вера без дел не может спасти человека по той причине, что лишена своего признака, важного для других людей. Однако разбойник на кресте был спасен без дел по той причине, что просто не успел достигнуть этих дел. В первом случае дел не было по сознательной причине, во втором — несознательной. Поэтому возрожденный человек не откажется от освящения, а если это и случилось, то могло произойти только по двум причинам: либо он и ранее был фальшивым верующим, либо он был истинным верующим в начале, но отрекся от веры позже.
И, наконец, текст Рим. 2:7 говорит нам о спасении не верующих во Христа, а незнающих Христа. И здесь важен сам поиск добрых дел, а не их бесплодное осуществление, иначе Павел бы сам себе противоречил. Поэтому спасительным является сам поиск добрых дел, исполнить которые и не под силу неверующим людям. Ведь нельзя сказать, что спасение зависит от добрых дел, когда никто из людей не способен совершить их без Божественной благодати. Поэтому разбойник, не имея возможности показать свои дела из веры, был спасен только верою. И, наоборот, фарисеи имели очень хорошие дела, но сердце их было «далеко от Меня (Бога)» (Мф. 15:8). Подобно им и лжеучители, «имеющие лишь (внешний) вид благочестия, силы же его отрекшиеся» (2 Тим. 3:5).
Заключение
Спасение в новозаветном смысле — это прощение грехов и возрождение, т.е. наделение силой Духа Святого, необходимой для ведения святой жизни (см. Деян. 2:38). Поскольку оно дар — от начала и до конца, получаемый в ответ на человеческую веру и раскаяние, оно зависит только от желаний, но не заслуг человека. А заслугами могут быть только дела, принимающиеся в расчет законом. Таким образом, спасение стоит и падает там, где имеется в наличии или отсутствует вера и покаяние. Лишиться спасения можно только путем отказа от соблюдения ранее принятых его условий – покаяния и веры.
Когда человек уже оправдан, примирен и усыновлен Богом, начинается процесс его освящения, который не влияет на вопрос его спасения. Никакое наше доброе дело или служение в церкви не способно приблизить нас хоть на йоту ближе к нашему спасению, чем это уже сделали наши вера и покаяние. При этом освящение является долгим процессом, требующим времени ввиду слабости нашей веры и неготовности довериться Богу во всем или полностью. Поэтому для устояния в спасении не нужно совершенной веры, которая производит святые дела. Достаточно лишь той, которая проявляет свою нужду в Божественной милости.